Буду жить только с ними? Почему, спросите? Наберитесь терпения, и я вам объясню. Еще одну минуточку… Я очень слабый, больной человек. У меня нервы, сахарная болезнь, колики в почках, камни, головные боли, больное сердце, не про вас, судьи, будь сказано. Посудите сами, как же такая женщина, как я, может жить в отдельной, изолированной квартире без соседей, без людей? Представьте себе, гражданин судья, что посреди ночи у меня сжимается сердце и начинается сердечный приступ или повышается давление, разыгрываются камни в почках, песок в печени, что же, по-вашему, я должна лечь и умереть? Отнюдь! В таких случаях я начинаю колотить кулаком в стенку. И сразу же как ошпаренные ко мне бегут, прилетают все мои соседки по квартире. И я отправляю Марью Петровну вызывать «скорую помощь», а Зоя За-глидзе мчится на всех парах в аптеку за каплями Зеленина, жену бухгалтера отправляю на кухню греть воду для грелки, бухгалтера Льва Матвеевича прошу прибрать немного в комнате, чтобы «скорая помощь», когда она ко мне приедет, не застала у меня разгардияш… Веронику Высоцкую ставлю варить на завтра обед, Барашкина моет пол. Словом, как видите, помощь налицо. Это ведь люди, не звери. Вот теперь сами скажите, гражданин-товарищ судья, как же я могу жить в отдельной, изолированной квартире? Ведь я там, упаси господь бог, одичаю одна. А вот между людьми и я себя чувствую человеком. А останусь одна в отдельной квартире, без моих соседок – пропаду!

Уж нет, гражданин судья, все, что хотите, присуждайте, выносите мне любой приговор, только, пожалуйста, не отдельную квартиру. Я одинокая, нездоровая женщина, и мне нужна постоянная помощь моих соседей. Вижу по вашему лицу, что вы хороший, душевный человек и меня хорошо поймете. Почему же вы меня хотите так жестоко наказать? Оторвать от соседей? Никогда этого не допущу! Нет, что хотите – штраф, принудительные работы, тюрьму, уволить из парикмахерской, запретить дамочкам делать маникюр – все! Только, пожалуйста, не отдельную квартиру!